про Любовь

Степан Мощенко, сентябрь 2011

Противоположность любви — не отвращение и даже не равнодушие, а ложь.
С.Довлатов
Любовь как слово
Любовь в фантазиях и реальности
Любовь как фантазм и Реальное
МТ про Любовь

Любовь как слово

Сказав: я вас люблю, вы тем самым объявляете о своей любви к языку. Стало быть, речь уже идет о своего рода разрыве и неверности..
Жан Бодрийяр

Артикулируя слово «любовь», мы попадаем в ловушку предопределённостей структуры символического пространства. Т.е. каждый за этим означающим «любовь» понимает конфигурацию смысловых штампов, заготовленных языком. А ещё точнее, язык проговаривает нас, т.к. мы, используя слово, подвергаемся акту причинения власти означающего и бессознательно становимся в место, в ячейку культурной матрицы под ярлычком «любовь».
Влюбленный не понимает своего состояния и не умеет его выразить.
Сократ

Любовь в фантазиях и реальности

«Мир знает лишь описания несчастной любви», — не помню чьи слова, но мысль понятна. Действительно, в истории литературы и искусства мы видим, что примеры благополучности редко привлекают внимание. Культурная перспектива в этом смысле представлена Толстым в первой строке «Анны Каренины»: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Подробности несчастий, любовных испытаний и перипетий наполняют основным содержанием произведения литературы и искусства. Соответственно человека, вписанного в культуру сложно заподозрить в ожидании стрелы Амура как блага.

Смертного зятя иметь не надейся, несчастный родитель:
Будет он дик и жесток, словно ужасный дракон.
Он на крылах облетает эфир и всех утомляет,
Раны наносит он всем, пламенем жгучим палит.
Даже Юпитер трепещет пред ним и боги боятся.
Стиксу внушает он страх, мрачной подземной реке.
Апулей (описание Амура-Эроса в пророчестве)

Любовь – устремление пробуждающейся Души к Творчеству. И только преодолев испытания Афродиты Психея нашла союз с Эросом.

Однако, если вглядеться в «хотение» любви нашего времени, ожидания оказываются далёкими от необходимости преодоления терний и исключают возможность проживания боли оживления души. Чаяния наших дней сплошь «гламурно-рафинированный-позитив». Теперь подразумевается, что любовь – это что-то такое, когда становиться очень «хорошо». Почему известное испокон веков «любовь зла, полюбишь и козла» ныне бескомпромиссно отвергается? И рогатые парнокопытные сокровища остаются не замеченными на обочине скоростной трассы в Город Принцев и Принцесс?

Если присмотреться к шедеврам современной поп-культуры, можно обоснованно поспорить с актуальностью несчастных историй любви. Хэппи-энд делает кассу, «экономика должна быть экономной», накопление капитала – высшая добродетель. Получите завёрнутую в броский фантик с изображением романтического натюрморта жвачку «Love is». Заплатите и имейте на здоровье.

По Фромму, любовь по принципу обладания заместила любовь по принципу бытия, и воспринимается как разменная вещь. «Обладание относится к вещам, а вещи стабильны и поддаются описанию. Бытие же относится к опыту, а человеческий опыт в принципе невозможно описать. Полностью поддается описанию лишь наша persona маска, которую носит каждый из нас, «я», которое мы представляем, ибо эта persona есть вещь. Напротив, живое человеческое существо не некий мертвый, застывший образ и потому не может быть описано как вещь. Фактически живое человеческое существо вообще невозможно описать.»

Адольф Гуггенбюль-Крейг в своей книге «Брак умер, да здравствует брак» разводит понятия блага (потребительского) и счастья (индивидуации). Так вот описать категорию блага не составляет труда, а вот детерминировать счастье, как движение к самости не представляется возможным.

Тем временем, в царстве потребления любовь – это благо, которое овеществлено, достижимо и понятно. В товарно-денежных отношениях нет места чему-то такому что «невозможно описать». Дураков не найдётся свои кровные платить «не понятно за что», «ещё и мучиться потом». Инвестируются только проекты в духе «Дом-2 построй свою любовь». Вкалывают психологи, социологи, маркетологи и прочие социально адаптированные (приматы). Всем всё понятно, кроме некоторых «маргиналов» типа братьев Самойленко с текстами «Агаты Кристи».

А где она живёт, вечная любовь?
Уж я то к ней всегда готов.
Вечная любовь, чистая мечта,
Нетронутая ТИ-ШИ-НА!

Ну и ещё некоторые отщепенцы типа Хиллмана с «нелепостями» подобного рода:
«Любовь не является результатом работы над чем-то. Поэтому психотерапевтический подход к любви, к выяснению отношений, может выявить нарушения коммуникаций между людьми, блокировку выражения чувств, привычки бесчувствия, но не в силах высвободить переживание любви. Ее вообще нельзя достичь тем или иным старанием. Прекрасное и чувственное — вот обиталище любви. И когда эта любовная ипостась не действует, партнер становится немного похожим на верблюда, медленно вышагивающего под тяжким бременем обязательств через пустыню отношений, таща свою ношу и ношу другого. Не удивительно, что верблюды плюются.»

Так, фантазия на тему любви становится всё более далекой от реальности. Люди нагрезили лук Амура в своих руках и снабдили виртуальное устройство точным прицелом рациональности, которая явно предпочитает свинцовые стрелы золотым*.  Похоже, только этим виртуальным вооружением и остаётся сейчас пользоваться, чтобы создать видимость выстрела в сердце, облачённое в бронежилет для защиты от меткости божества.
* Золотые — зарождающие любовь, свинцовые  — ее убивающие.

Любовь как фантазм и Реальное

Далее хочу подключить другой уровень сложности: мысль Лакана. На уровне моего понимания Лакана, его идеи безусловно перекликаются с отмеченным выше, однако заглубление смысла с переходом от фантазии к фантазму и от реальности к Реальному значительно изменяет качество дискурса. Даже небольшое усилие в этом направлении даёт ощутимый эффект расширения восприятия вопроса.

Итак, фантазм – это особый продукт воображения, который придает устойчивость бытию человека и структурирует его желание. Фантазм следует отличать от мира фантазий или деятельности воображения в целом. При этом, фантазм репрезентирует не только структуру человеческой экзистенции, но и в целом основу существования социальной действительности. В фантазме желание не исполняется, а конституируется, получает свои объекты. С помощью фантазма мы «учимся желать». Лакан противопоставляет фантазматической конструкции реальности – Реальное, парадоксальную инстанцию, соответствующую тому, что Фрейд называл «ядром нашего существования», которого человек избегает в «реальности» фантазма, и которое, как «травматическое ядро, не поддаётся символизации». Символизация, согласно Лакану, есть процесс омертвления, истощения, опустошения полноты Реального, которой характеризуется живое тело. И в то же самое время, Реальное – это продукт, остаток процесса символизации, ее «останки». В Реальном нет никакой пустоты, никакой нехватки, нехватка вводится исключительно процессом символизации.

В итоге формула: «любить – значит давать то, чего не имеешь, и не давать то, что имеешь». Давать то, чего не имеешь – это и значит передавать обжигающую пустоту Вещи, das Ding, которая «в тебе более тебя», Вещи как объекта-причин. Любовь по Лакану – это сущностная случайность встречи с Реальным, в одном ряду с рождением и смертью. Лакан разделяет желание и любовь, понимая последнюю именно как дар: любить – это не просто пассивно воспринимать и поддерживать свою нехватку, а дарить эту нехватку, принимать на себя контрабандистский риск перепродавать то, что тебе самому не принадлежит, риск, связанный с прекращением не только самой логики владения, но и с выходом за пределы своей субъективности. Опыт любви позволяет найти нечто по ту сторону самого себя. И по моему, в пределе психоаналитический структурализм Лакана поддаётся энантиодромическому (обратному) эффекту.

МТ про Любовь

Ниже провожу краткое описание МТ, состоявшегося на занятии группы на тему «про Любовь». Кроме важных для каждого пометок, этот Театр принёс исключительный инсайт, который был связан с НАМЁКОМ на вопрос, не имеющий ответа. Если 2-ой части формулы любви Лакана «не давать то, что имеешь» ещё можно присвоить какой-то смысл, вроде того что «любое взаимодействие на уровне символического, обозначенного, овеществлённого НЕ есть любовь». То что это за такой Дар Нехватки, который (по Лакану) единственный отдаётся в любви, и который ты не имеешь и иметь не можешь, совсем не понятно и никогда понятным стать не сможет.

Запрос Группы: тема занятия «про Любовь», что есть Дар?
Запрос запросивца: «хочу любовь, семью, детей»

Фигуры:
Л. на уровне копчикового объёма
Л. на уровне мочеполового объёма
Л. на уровне пупочного объёма
Л. на уровне грудного объёма
Те, кого я хочу, но которые не хотят меня
Те, которые меня хотят, но кого не хочу я
Л. как желание и благо (Лакан+ГуггенбюльКрейг)
Л. как Дар и счастье (Лакан+ГуггенбюльКрейг)
Дар, того что я не имею (по Лакану)

Передача фигурам состояний позволила сразу же проявить реальность запросивца:
•    Фигура «Л. на уровне копчикового объёма» — состояние спокойное (мальчик 5-ти лет). Позже выяснилось, что в этом возрасте было принято решение прервать связь с мужской линией рода и выживать по свои правилам.
•    Фигура «Л. на уровне мочеполового объёма» в позе «блокировка»
•    Фигура «Л. на уровне пупочного объёма» Чётко выраженное доминирующие поведение, т.е. любить для запросивца – это скорее контролировать и обладать, плюс чётко и структурировано понимать.
•    Фигура «Л. на уровне грудного объёма» — забилась в угол
•    Фигура «Те, кого я хочу, но которые не хотят меня» — проявился образ матери. Интерпретация: в девушках привлекает типаж матери, но в соблюдении табу на инцест происходит бессознательное дистанцирование в угоду Закону Отца. Запросивец воспитывался без отца и транслятором Закона выступила его мать, что только усугубило ситуацию.
•    Фигура «Те, которые меня хотят, но кого не хочу я» — состояние забитое.
•    Фигура «Л. как желание и благо» активное, наполненное состояние (см. запрос))
•    Фигура «Л. как Дар и счастье» рухнула, распластавшись на полу
•    Фигура «Дар, того что я не имею» в состоянии телесной ломки забилась в угол.

По ходу этого театра, ключевым моментом стало введение фигуры деда по отцовской линии, который мог передать ресурс любви как дара и счастья (по принципу бытия). Процесс продвигался, преодолевая мощное сопротивление запросивца 4 часа в сверхдинамичном режиме. Кроме частных результатов, была получена отсылка к сути вопроса о Даре Нехватки, который невозможно подарить. Фигура Дара в течение всего процесса сохраняла связь с фигурой «Те, которые меня хотят, но кого не хочу я» …

Стрела падает туда, куда ей захочется; нам остается только следовать за ней.
Джеймс Хиллман

Обсудить этот материал вы можете
на мероприятиях Артели ПА-читателей
и в telegram-чате

Архив мероприятий с 2010г.